НОВОСТИ

Опубликовано 26 декабря 2017 в 09:35
Адрес в интернете: https://news.tut.by/economics/574466.html   

​"Главная проблема — текучесть кадров". Глава "Борисовдрева" думает реанимировать завод за 3 года

За последние несколько лет «Борисовдрев» стал символом проваленной модернизации. Цементировали этот образ сообщения об очередной смене руководителя завода, интересе со стороны правоохранительных органов и недовольстве работников. Новый гендиректор предприятия Геннадий Сысоев очень хочет за три года коренным образом изменить репутацию легендарной борисовской «спички» и поставить ее на рельсы стабильной работы, чтобы никто не крутил носом от одного только упоминания о «Борисовдреве». 

Спичечная фабрика в Борисове, ставшая впоследствии основой нынешнего предприятия, была основана в 1901 году. Оборудование состояло из лущильного станка, соломкорубильной машины, трех станков по набивке соломки в рамы для нанесения спичечной головки, парового котла, паровой машины мощностью в 30 лошадиных сил и небольшой динамо-машины для освещения. Тогда все производство располагалось в одном деревянном здании, в сутки производилось 25−30 тысяч коробков спичек. Перед началом Первой мировой войны на фабрике работали 130 человек. В середине «нулевых» годов этого тысячелетия «Борисовдрев» наряду с другими деревообрабатывающими предприятиями Беларуси попал в программу по модернизации. Изначально было решено обновить технологию производства ДВП, потому что «мокрый способ», который существовал с 1968 года, был очень энергоемким. В итоге решили провести кардинальную реконструкцию «Борисовдрева», которая бы позволила увеличить производство плит МДФ — до 60 тыс. м3 в год, фанеры — 27 тыс. м3, спичек — до 691 тыс. натуральных ящиков. Для реализации данных проектов закупили оборудование известных европейских компаний. С учетом запуска энергоисточника мощностью 36 МВт на щепе и благоустройства территории на модернизацию было потрачено 112 млн евро.

 

Однако гладко оказалось только на бумаге. Сроки завершения перевооружения постоянно переносились, пока в 2013 году Александр Лукашенко не посетил предприятие и не устроил разнос, из-за которого многие потеряли портфели. Дальше процесс ускорился, но движение вперед осуществлялось фрагментарно. Дошло до того, что «Борисовдрев» в один прекрасный момент почти встал. Большая долговая нагрузка не позволяла рассчитывать на новые кредиты под оборотку. В итоге в 2016 году 9 деревообрабатывающих предприятий передали в управление Банку развития, который должен был сделать финансовую инъекцию, запустить заводы и вывести на рентабельную работу.

В мае текущего года глава Банка развития Сергей Румас согласовал на должность руководителя «Борисовдрева» кандидатуру своего бывшего коллеги по работе Геннадия Сысоева, в ноябре 2016 года неожиданно покинувшего пост председателя правления Белинвестбанка. В ноябре этого года топ-менеджер с 30-летним опытом работы в банковской системе был официально утвержден в роли гендиректора «Борисовдрева», а недавно провел экскурсию для корреспондентов TUT.BY и рассказал, как будет вытягивать завод из болота.

 

«Мы потихоньку отказываемся от помощи и работаем самостоятельно»

Разговор начинаем о финансовом положении предприятия. Лишь минувшим летом были разблокированы все счета «Борисовдрева».

Несмотря на долговую нагрузку предприятию удалось нарастить выручку с 10 млн евро в 2016 году до 15 млн евро в 2017 году. В следующем году планируется этот показатель довести до 19 млн евро. Однако рентабельность пока оставляет желать лучшего.

«— Мы потихоньку отходим от помощи [Банка развития] и начинаем работать самостоятельно», — говорит Сысоев. — Рентабельность пока отрицательная. На начало года была минус 26%. На конец этого года будет минус 3%, и то потому, что в сентябре делали капитальный ремонт цеха МДФ.

 

— Зачем ремонт на только что модернизированном участке?

— Цех с 2013 года постоянно работал, надо было провести небольшие профилактические работы. Если бы не это, то уже бы вышли в плюс. На 2018 год берем обязательства по рентабельности плюс 4,5%. То есть будет уже операционная прибыль. Но так как много долгов, то о чистой прибыли речь не идет. По инвестиционным кредитам еще не сможем рассчитываться. По другим обязательствам (задолженностям в бюджет, налоговым и остальным платежам) — да. Но их тоже слишком много, понадобится время.

От 60 до 90% продукции «Борисовдрева» уходит на экспорт, который обеспечивает выручку в размере 10,1 млн долларов. МДФ приносит 68,7% от этой суммы, фанера — 18,7%, спички — 12,6%. Тут важно сделать одну ремарку. Фанерное производство заработало только в этом году.

Большая часть МДФ продается в Россию и дальнее зарубежье. В Беларуси — только 10%. По фанере ситуация иная — дальнее зарубежье занимает 76%, Беларусь — 20%. 66% спичек продается в Россию и страны ближнего зарубежья.

Сейчас единый канал продаж для 9 деревообрабатывающих предприятий — Белорусская лесная компания.

— Довольны ли вы ее работой?

— Организация единой торговой компании в [деревообрабатывающем] холдинге однозначно правильное решение. Всегда должен быть здоровый конфликт между теми, кто продает, и теми, кто производит. Они нас должны постоянно тормошить и говорить, что производим некачественную и дорогую продукцию. Нам надо доказывать обратное и сетовать на то, что они не умеют продавать. Потому что если все будет благополучно, все будут спать, то в определенный момент произойдет сбой, которым незамедлительно воспользуются конкуренты.

«От спичек отказываться не планируем»

Ранее основным видом деятельности «Борисовдрева» являлось производство спичек, в 2013 году доля доходила до 44% от общего объема производства. В связи с проведенной модернизацией фаворитами стали клееная фанера и плиты МДФ, доля которых дошла до 86%. Да и рентабельность у них выше. Однако в Борисове не планируют отказываться от выпуска спичек.

 

«— Недавно видел аналитические отчеты по российскому рынку: он сжимается по 5% в год», — говорит глава «Борисовдрева». —  Есть объективные факторы: в квартирах устанавливают больше электрических плит, люди переходят на зажигалки и так далее. Но, помимо России, мы поставляем товар в Украину, Молдову, Казахстан… Есть интерес в Азербайджане, Египте. В Узбекистане предлагают ввести запрет на импорт зажигалок, потому что если ты ее забудешь в машине, то под воздействием высоких температур может взорваться. Поэтому спрос на спички есть. Другое дело, что в других странах есть свои «спичечники» и войти на те рынки проблематично. Но экспорт у нас растет. Внутренний рынок застыл. Мы его делим с «Пинскдревом».

 

— Курильщики удивляются, что это за модернизация в Борисове прошла, раз в Беларуси российские спички стоят дешевле белорусских…

— Я, честно скажу, в наших магазинах российских спичек не видел. Мы их отпускаем в продажу с минимальной надбавкой к себестоимости. Как формирует цену розница, это вопрос к ним. Недавно нашел в интернете, что в Москве белорусские спички продаются по цене в 2,5 раза выше отпускной. Нам советуют работать напрямую с сетями. Но когда начинаем считать, сколько придется затратить на доставку, вхождение в магазины, то экономика не пляшет. В следующем году, если удастся купить один небольшой упаковочный станок, то будем продавать спичечную соломку. В ряде стран особые стандарты по спичечной головке. Если им соответствовать и перестраиваться, то это обойдется нам очень дорого. А вот соломку можно без проблем продавать. Потому что есть дефицит сырья.

 

«Кадры надо сохранять и лелеять»

Сегодня на борисовском деревообрабатывающем заводе работает около 700 человек. Средняя зарплата составляет 550 рублей.

— Ключевая проблема на сегодня — высокая текучесть кадров. «За последние два года коллективы на МДФ и фанере сменились почти полностью, только в «спичках» удалось сохранить штат», — говорит Сысоев. — Кадры надо сохранять и лелеять. Правильно сказал бывший руководитель «БР-Консалта» Гиедрюс Каукас, мы вложились в оборудование, но забыли про людей.

По словам Сысоева, сказывается маленькая заработная плата и имидж «Борисовдрева», а также близость к Минску и ряду более успешных близлежащих предприятий.

— Инженер ко мне подходит и говорит, что предложили в Минске зарплату в 2000 долларов. Конечно, сложно удержать, когда средняя зарплата по предприятию в разы меньше, — рассказывает топ-менеджер. —  Мы должны стать привлекательным предприятием в Борисовском районе. Потому что сейчас говорят: «А, „Борисовдрев“…» и машут рукой. В целом хочу сказать, что мне нравится управленческий состав коллектива. Люди — патриоты предприятия, переживают за него, верят в его светлое будущее. Мне очень хочется с ними построить нормальное предприятие.

 

— Что значит нормальное?

— Когда я буду видеть, как работает каждый винтик, когда у меня будет прямая связь с каждым работником в цеху. Я могу сидеть в кабинете и сказки рассказывать, а человек на линии будет делать, условно говоря, бракованную фанеру. Я должен создать такие условия, чтобы это исключить. Если контролер поставил штампик на упаковку продукции, что она качественная, значит, если ее вскрыли в Германии, то нареканий быть не может.

«Каждые три месяца у погрузчика вылетают колеса»

Одна из ключевых задач — снижение себестоимости выпускаемой продукции. Где может ужаться «Борисовдрев»? Может, людей сократить?

— Оптимизировать количество персонала пока не планируем, — отвечает гендиректор «Борисовдрева». — Зарплата составляет в себестоимости только 14%. Поэтому даже теоретически это ничего не даст. Главное — запустить производство, наладить бизнес-процессы. Когда я в мае пришел на завод, то мощности МДФ были загружены на 60%. Сейчас уже 105%. Спичечное производство надеемся к концу следующего года подтянуть до 97%. Фанерный цех планируем загрузить на полную мощность. Это самая главная задача. Потому что мы только недавно начали ее производить. Но на рынке довольно большая конкуренция.

К росту зарплат относимся очень внимательно, постоянно отслеживаем влияние этого фактора на себестоимость. Но подходить к этому нужно аккуратно. Потому что при сокращении персонала есть риск, что начнутся сбои, предприятие не будет ритмично работать.

 

Самая очевидная возможность по снижению себестоимости — это сырье. Сейчас 103 тыс. кубометров леса государство выделило «Борисовдреву» в лесосеках, так называемый арендный лес, в рамках реализации инвестпроекта. Остальной объем предприятие докупает на бирже.

— В следующем году мы возьмем в заготовке 159 тысяч кубометров. Понятно, арендный лес дешевле, чем покупать его на бирже. «Вот уже критерий для снижения себестоимости», — говорит Сысоев. — Хочу сказать, что мы единственные из 9 деревообрабатывающих предприятий, у кого нет своего леспромхоза. Раньше он был, но сейчас нет. Недавно Банк развития организовал на базе нашего завода предприятие «БР-Форест», которое будет заниматься заготовкой сырья. Надеемся, это также будет для нас подспорьем.

Летом был период, когда нам поступало плохое сырье. Приходил вагон дорогого фанерного сырья, а по итогу половина была бракованной, то есть в производстве его можно было использовать только как техсырье. Его надо разгрузить, рассортировать и так далее. Лишние телодвижения и лишние расходы. Мы хотим покупать за нормальные деньги качественную продукцию. По этому поводу был проведен совместный семинар с лесозаготовительными организациями, и, надеюсь, нашу позицию услышали в Минлесхозе.

 

«Борисовдрев» также планирует продолжать работу с поставщиками по снижению стоимости материалов.

— Мы запросили цены на следующий год. Поставщики прислали прейскуранты с ценами на 10% выше, чем в этом году. С учетом инфляции, может быть, это и оправданно. Но мы цену на спички уже много времени не поднимали. За этим пристально следит концерн «Беллесбумпром».

Что еще касаемо себестоимости, то есть возможности по энергосбережению с учетом своей собственной котельной. Гендиректор также говорит, что в 2018 году хочет решить вопрос с рядом непрофильных объектов: общежитие, клуб, Синявская мебельная фабрика, контрольный пакет в которой принадлежит польской компании, земля бывшего леспромхоза. «Они деньги тянут, но нет отдачи. Одни затраты», — констатирует Сысоев.

Впрочем, есть несколько моментов, которые как бы ни хотел улучшить гендиректор, это ему, скорее всего, не удастся.

— Есть один минус, скажем так, в том, что предприятие не строили с нуля, а модернизировали. То есть встраивали производства в рамки зданий и помещений, которые уже были. Например, производственный цех МДФ и склад разделяет проезд в 100 метров по улице. То есть плиту с пылу-жару надо везти на склад через улицу, а там может идти дождь или снег. Плюс каждые три месяца колеса у погрузчика вылетают, потому что он не может ездить по асфальту. По уму склад должен примыкать к производству. Но в этой ситуации уже ничего нельзя исправить.

 

«Думаю, за 3 года реально сделать „Борисовдрев“ привлекательным»

Впрочем, для нового руководителя «Борисовдрева» ключевой вызов и задача — как сделать так, чтобы предприятие работало как часы. Он к этому привык, работая в банках.

— Так получилось, что почти 30 лет работал в банковской сфере. Конечно, был знаком с работой предприятий реального сектора экономики, потому что анализировал работу компаний, которым выдавали кредиты. Сейчас совершенно другое — ты должен сам контролировать все: от входа сырья до выхода готовой продукции и ее продаж. Это совершенно новый и интересный опыт. Я уже вник во все процессы, перезнакомился почти со всеми работниками. Я не стесняюсь спрашивать, как и что работает. Пошел на курсы в БНТУ по современному управлению производством. Хочу восполнить пробелы и понять, может, я что-то не так делаю.

Постоянно в голове крутится задача номер один, как сделать так, чтобы все постоянно работало. Я привык к тому, что в банке невозможно в учете потерять ни одной копейки. Утрированно говорю, но, думаю, смысл понятен. На промышленном предприятии организовать такой идеальный учет пока проблематично. Поступает лес, а он не на 100% соответствует заявленному. Возвращать его обратно, значит, остановить производство. Приходится его оценивать и переводить в другую категорию, рушатся первоначальные планы.

 

В банке было немыслимо, чтобы человек просто взял и не вышел на работу. А из-за этого остановилась работа одной линии. Здесь такое иногда бывает. Например, если лущильщик не вышел (запил, потому что был период, когда службы занятости устраивали всех подряд. — Прим.TUT.BY), то нет шпона. Значит, все остальное производство стоит.

Из-за постоянной смены персонала история работы некоторых производственных линий не сохранилась. Сколько проработал тот подшипник, сколько его износ.

Летит одна деталь, на складе ее нет, на заказ уходит масса времени. Все зависит от местных умельцев, как скоро смогут своими силами решить эту проблему.

Таких историй быть не должно.

 

Здесь надо налаживать систему учета. В банке я нажимал одну кнопку, и вся картинка была перед глазами. Здесь такого нет. Надо потратить массу времени, чтобы получить всю информацию. Сейчас «БР-Консалт» внедряет систему управленческого учета, но пока еще ее надо заполнять вручную, а компьютеры есть не везде…

Поймите правильно, я не жалуюсь, а просто обозначаю задачи, которые надо решить в первую очередь. Для меня это новые вызовы. Я знал, куда шел. И, честно скажу, думал, что будет хуже.

В целом здесь хороший коллектив. Главное, чтобы он поверил в светлое будущее, а наша совместная задача — это будущее реализовать. Много иностранных гостей, партнеров, потенциальных клиентов нас посещает. Все говорят, что модернизация нормально проведена. Сегодня нам не стыдно показать завод. Теперь весь вопрос в эффективности, повышении качества продукции, рентабельности продаж. За 5 секунд эти вопросы не решишь.

— У вас есть какой-то карт-бланш?

— Я считаю, что реально все наладить, сделать так, чтобы работало, как часы, на горизонте трех лет. Если я этого не сделаю, то будет стыдно смотреть в глаза коллегам из Банка развития и его руководителю. Это командная работа. Раньше у нас получалось. Мы создавали с нуля лучший филиал в Беларусбанке, лучшую розницу в Белагропромбанке…

Перед «Борисовдревом» ставятся амбициозные задачи — рост выручки не на 3%, а на 30% в год. Сергей Николаевич [Румас] всегда нацеливает на максимум. Значит, надо «прыгать». Но если буду «прыгать» только я один, то ничего не будет. Надо «прыгать» всему коллективу.

— Как убедить людей, что надо «прыгать» при такой маленькой зарплате?

— На заводе нужно создать такую рабочую атмосферу, при которой творческие способности каждого работника могли приносить реальную пользу общему делу. У дирекции есть понимание и желание сделать предприятие одним из лучших как в холдинге, так и в Борисовском районе, и в целом в нашей стране. На самом деле мы не спички производим — мы даем людям свет и тепло в их дома.

 

Александр Заяц / Фото: Вадим Замировский / TUT.BY Распечатано с белорусского портала TUT.BY

НОВОСТИ

Опубликовано 15 декабря 2017 в 12:34
Адрес в интернете: https://news.tut.by/society/573234.html   

Обновленный Светлогорский ЦКК уже работает. Что нужно знать жителям региона

В средствах массовой информации появились сообщения о том, что Светлогорский завод по производству сульфатной беленой целлюлозы введен в эксплуатацию. Об этом проинформировали представители китайской корпорации САМСЕ, которая и возводила новый завод на базе целлюлозно-картонного комбината. Таким образом, семилетняя эпопея строительства подходит к завершению. 

— 1 ноября начаты работы по вводу завода по производству сульфатной беленой целлюлозы, — рассказывает главный инженер ОАО «Светлогорский ЦКК» Михаил Торянский. — Это пробное производство. Все процессы проводятся специалистами. На сегодня можно сказать, что мы получили целлюлозу необходимого качества, но в объемах, не отвечающих проектным данным. Китайская корпорация (САМСЕ — Прим. ред.) должна достигнуть 70% от проектных данных по производительности.

Строительство завода беленой целлюлозы вызвало немало опасений со стороны горожан и жителей близлежащих населенных пунктов. Приоритетным являлось мнение, что новое производство нанесет непоправимый вред окружающей среде и здоровью людей, воздух будет отравлен ядовитыми выбросами и жить в этом регионе будет просто невозможно.

 

О том, что завод беленой целлюлозы соответствует всем экологическим стандартам и опасаться загрязнения воздуха не стоит, рассказала начальник бюро по охране окружающей среды Елена Фицнер:

— Деятельность любого предприятия в Республике Беларусь регламентирована законодательными актами. И то, что реализован проект по строительству завода — это, естественно, сделано в рамках закона и в рамках природоохранного законодательства. Проектирование было проведено на различных стадиях. Все проекты были переданы на государственную экологическую экспертизу, где были получены заключения.

Как только завод заработал в тестовом режиме, многие горожане и жители Якимовой Слободы стали жаловаться на неприятный специфический запах. Специалисты прокомментировали и эту ситуацию:

— Проектом предусмотрено сжигание всех дурнопахнущих серосодержащих органических веществ в котле, — говорит Елена Фицнер. — Но поскольку вся эта технология впервые начала функционировать, возможны ситуации, когда происходит неорганизованное попадание дурнопахнущих веществ. В котле дополнительно установлена горелка для их сжигания.

В бюро по охране природы ЦКК также отметили, что проводится регулярный мониторинг и рабочей зоны, и состояния атмосферного воздуха. На данный момент не было зафиксировано превышение ни по одному регламентированному на выброс ингредиенту. Состояние воздуха находится в рамках предельно допустимых концентраций.

Это подтвердили и специалисты зонального центра гигиены и эпидемиологии. 12 декабря они провели мониторинг загрязненности воздуха в Якимовой Слободе. Этот населенный пункт плотно граничит с санитарно-защитной зоной завода, и его жители также опасаются вредных выбросов. Измерения уровня вредных веществ проводились на территории детского сада. Сотрудники лаборатории специальным аспиратором отбирали пробы воздуха. Затем при помощи различных приборов замеряли уровень сероводорода, диоксида серы и оксида азота. Лаборатория зонального центра оснащена всем необходимым оборудованием и располагает реактивами для проведения подобных исследований.

— Якимова Слобода была выбрана по причине того, что населенный пункт плотно граничит с зоной данного предприятия, — рассказывает главный государственный санитарный врач Светлогорского района Александр Лугинец. — Часто поступают обращения граждан на запах в населенном пункте. По результатам лабораторных исследований превышений концентрации загрязняющих веществ в атмосфере воздуха установлено не было.

Не стоит забывать, что новое предприятие — это также новые рабочие места. Как отметила начальник отдела кадров ЦКК Лариса Лебедева, в связи с пуском завода у жителей города и района есть возможность получить новую профессию или пройти переподготовку и трудоустроиться.

— Выставлено более 20 вакансий в центре занятости, такие как электромонтер, инженер-энергетик, мастер, машинист, водитель, — перечисляет Лариса Лебедева. — К тому же мы проводим обучение для дальнейшего трудоустройства на нашем заводе. На данный момент трудоустроены и работают более 80 человек. Более того, 20 декабря пройдет ярмарка вакансий, где ждут желающих обучиться.

Кроме того, заключены договоры с БГУ и Светлогорским индустриальным колледжем. Эти учебные заведения также будут готовить специалистов для работы на новом заводе.
Когда производство сульфатной беленой целлюлозы выйдет на проектную мощность, неизвестно. Неизвестно также, какие вопросы будут решены, какие останутся.

Телекомпания «Ранак» Распечатано с белорусского портала TUT.BY

Чтобы читать и оставлять комментарии, Вам необходимо зарегистрироваться